Кино-СССР.НЕТ
МЕНЮ
kino-cccp.net
Кино-СССР.НЕТ

История кино

Любимая женщина режиссера Мамина

Во время актерского фестиваля в Калинине актриса Людмила Самохвалова как-то оказалась в лифте с членом жюри фестиваля Владимиром Заманским. Он ее, естественно, в лицо не знал, она его, естественно, знала. Не удержавшись, она спросила: «Простите, а как там «Фонтан»?» Заманский присмотрелся и заулыбался: «Это вы? Не волнуйтесь, все хорошо!» Когда большое жюри объявляло приз за лучший актерский ансамбль фильму «Фонтан», на сцену поднялась названная в числе призеров Людмила Самохвалова, и снова недоуменно переглянулись члены жюри, не понимая, кто эта женщина. Только Заманский улыбнулся ей, как знакомой. И правда, узнать в Людмиле, красивой, элегантной, грациозной, ту героиню «Фонтана», что, замотанная платками до самого носа, торговала тюльпанами, а потом билась в истерике и, рыдая, рассказывала ведущей «Телекурьера» горестную историю своей жизни, было невозможно. Слишком разителен был контраст, слишком непохожи были эти две женщины — актриса и ее персонаж.
Мастерская, первоклассная работа. Первая ее роль в кино. ...Много лет тому назад они вместе учились в театральном институте в Ленинграде. Муж и жена. Она — актриса на роли лирических героинь, считавшаяся одной из самых одаренных и очаровательных студенток на курсе. Он — режиссер, не без оснований имевший репутацию талантливого, умного, ироничного. И потом все вроде складывалось неплохо: ей после института представилась возможность войти в славную академическую труппу, ему тоже было предложено место в театре. Нужно было выбирать. Обоим. Ей — между ребенком, которого она ждала, и театром, который ждать не хотел (но и ролей в ближайшем будущем не сулил). Она решила, что ребенок важнее, и это во многом определило всю ее дальнейшую судьбу. Ему пришлось выбирать между должностью очередного режиссера в театре небольшого областного города, где к тому же не скоро светило жилье, и поисками работы в Ленинграде, где были дом и семья, обещающая вот-вот увеличиться. Он остался в Ленинграде, и это тоже определило его дальнейшую судьбу.
Работу Юрий Мамин нашел в Ленконцерте. Ставить отрывки из пьес, концертные номера и проч. И никаких шансов на то, чтобы стать, ну, если не властителем дум, то хотя бы режиссером с именем, с репутацией. Никаких шансов сделать не только спектакль, который всех потрясет и поразит, но хотя бы просто спектакль. Настоящий. Когда Людмила Самохвалова, лирическая героиня курса, вылитая Наташа Ростова, смогла вернуться на сцену, оказалось, что сцены, где бы ее ждали и хотели видеть, нет. Кому из профессиональных актеров не приходилось переживать этот ужас — показы в театре! Вот ты пришла, одна или с партнером (а тебе уже заранее известно, что актриса твоего плана театру не нужна), и ты играешь для членов худсовета, и готова из кожи выпрыгнуть — так хочется работать. Но в худсовете — жена главрежа, актриса твоего плана, только значительно старше, или не жена, а просто местная примадонна... И она говорит тебе «деточка», и все заранее ясно. Все мы изначально отравлены мифом о счастливцах, о баловнях судьбы, которым распахивает двери кинематограф, которых душит в объятиях главреж театра: «Голубчик, наконец-то, как мы вас заждались. Будете играть у нас Гамлета!»

Увы. Счастливцев, если они вообще есть, единицы. Страдальцев тысячи. Ждать у моря погоды Люда не хотела, а жить на зарплату Мамина втроем было невозможно. Она стала актрисой Ленконцерта. Отрывки из пьес или прозы, концертные номера. Красные уголки жэков, сельские клубы, летние эстрады в парках культуры и отдыха. И прочее в том же духе. И пускай. Актриса везде актриса. И пускай, что нет (и не предвидится) славы, фотокарточек в киосках, раздачи автографов и восторженных статей. Хуже другое. Хуже, что муж, Юра, самый умный, самый талантливый, потихоньку начинает терять веру в себя. Ему недостаточно, что каждый день жена твердит ему о том, как он талантлив. Ему дело нужно. Дело и успех.
Он перешел на «Ленфильм», работал вторым режиссером, сидел в ленфильмовском кафе в компании таких же, как и он, неудачников и уже готов был принять эту участь как данность, но она, жена, актриса, не позволяла. Он ставил по-прежнему ей отрывки для выступлений, она твердила: «Ты самый-самый талантливый». И еще очень старалась, чтоб по возможности он казался элегантным. Чтоб не было заметно, что он бедный. Чтоб выглядел. И он выглядел. А когда ему представилась возможность пойти на Высшие курсы кинорежиссеров, она проявила твердость: ни два года разлуки, ни сторублевая стипендия ее не испугали.

А потом был успех — как обвал. «Вы не видели «Праздник Нептуна»? Ну, много потеряли!» Комиссия во главе с Эльдаром Рязановым сползала от хохота под стулья и утирала насмеянные слезы. Приз МКФ в Мангейме. За право обладания Маминым сражаются «Мосфильм» с «Ленфильмом». Мамин ездит по разным заграницам. Жена Мамина счастлива.

Людмила ездит по клубам и жэкам. Играет. График напряженный. Дочка выросла.

К тому, что муж-режиссер снимает в своих фильмах жену-актрису, можно относиться по-разному. Когда жена играет в фильме сразу три роли, и все плохо — это одно. Когда жена в фильмах мужа вырастает в великую актрису — это другое. Когда Юрий Мамин снимает в «Фонтане» Людмилу Самохвалову — это третье. Потому что только он один и знал, какая она актриса, любимая женщина режиссера Мамина. И какой она человек. И теперь кто бы и как ни относился к «Фонтану», но все видевшие картину в один голос утверждают: трагическая нота в этом трагифарсе, мощный эмоциональный всплеск, кульминация свинцовых мерзостей жизни — все это связано прежде всего с ролью торговки тюльпанами, актрисы с дипломом, но без ангажемента, которую сыграла Людмила. Ее запомнили все. И у всех без исключения перехватывало горло от ее исповеди сквозь рыдания. А на Калининском фестивале Людмилу Самохвалову не узнавали в лицо. Непохожа. Даром что многое в этой истории для Мамина и Самохваловой автобиографично.

Она и теперь по-прежнему работает в Ленконцерте. В театры не зовут и сниматься пока не приглашают. Честное слово, как будто у нас актрисы с трагическим даром на каждом углу встречаются.

Она этим не тяготится. С уважением относясь к профессии, считает, что актер везде актер. И Мамин так считает. С хорошими актрисами у нас плоховато, это знают все. И в театре, и в кино. Но вот диво: этим тоже никто не тяготится. Помните финал ленты «Начало»: Паше Строгановой — И. Чуриковой говорят, что вы, мол, конечно, гениально сыграли Жанну, но, простите, на вас спроса нет. Ну прям как в жизни!

"Советский экран" № 12, 1989 год
Просмотров: 1810
Рейтинг: 1
Мы рады вашим отзывам, сейчас: 0

Имя *:

Email *:

Текст *: